«Я тороплюсь и хочу работать»: Ирина Чипиженко – о возрасте, «Войне семей» и миграции звезд

С 25 июля на канале ТНТ выходит второй сезон уже полюбившегося сериала «Война семей». В роли Надежды Ивановны - бабушки героини Светланы Колпаковой - снова появится актриса Ирина Чипиженко. Хотя язык не поворачивается назвать эту харизматичную женщину бабушкой даже по роли.

В свои 84 года она не пьет лекарства, не измеряет давление и много курит. Кстати, мама Ирины тоже любила закурить и месяц не дожила до столетия. Актриса считает, что секрет долголетия семьи заключается в любви к работе и умении не замечать недуги.

В интервью Teleprogramma.pro Ирина Чипиженко рассказала о съемках в сериале «Война семей», своем райдере, а также об отношении к звездным эмигрантам.

«Кино и театр – это всегда наука и учеба»

- Ирина Георгиевна, нравится ли вам задумка проекта «Война семей»?

- К подобным сериалам я вообще отношусь положительно, потому что сейчас жизнь у нас трудная. Да и не только сейчас, это было и несколько лет назад. Поэтому люди устают смотреть сериалы про ментов, стрельбу, кровь. Просто хочется прийти и посмотреть красивый фильм.

А еще мне кажется, когда задумывается сериал, люди должны подумать, будет ли у него продолжение. Мы часто смотрим четвертый или пятый сезоны какого-то проекта и понимаем, что они могут быть хуже, возможно, по накалу, быть может, потому что сценаристы поисписались и выдавливают это все из пальца. Или же потому что пишут уже другие люди.

Но что прежде всего вспоминается, - это то, что все было очень хорошо организовано – наша работа и наша жизнь. Мы были среди красоты. И это касается всего: труда съемочной группы, цвета буфета, мальчиков-рабочих, которые проявляли к нам внимание, девочек-парикмахеров. Все-таки окружение играет большую роль.

Также важно, что в итоге получилось. Потому что в театре ты можешь усовершенствовать свое искусство, смотря, к примеру, работы коллег. А кино – это всего лишь миг, поэтому здесь уже ничего не исправишь. И мы все передаем на суд зрителю. А тут уж получилось, как получилось.

Но кино и театр – это всегда наука, учеба, все то новое, что закладывается тебе в голову, в душу и сердце, если ты неравнодушный человек, если ты называешься актером. Важно не оставаться равнодушным и чтобы для тебя это всегда было интересно.

Я этим и живу, хотя возраст уже закрывает шкатулку с учебой. Поэтому я тороплюсь, тороплюсь и хочу работать, работать, работать. Для меня это очень важно.

- Кто придумал образ вашей героини Надежды Ивановны: сценаристы или вы сами?

- Я знаю, что над этим сериалом работает не один сценарист. Первые десять серий пишет один человек, вторые десять – другой и так далее.

А так, конечно, это люди подсказали. И какие-то куски ты делал с огромным удовольствием и ждал, что тебе еще что-то подделают, придумают.

- Где проходили съемки второго сезона?

- Меня привозят и отвозят на съемки, поэтому я не задумываюсь над этим вопросом. Могу только сказать, что это красивые места, виллы. Длительное время мы снимали в одном и том же месте. Съемки также проходили на берегу озера.

- А сколько по времени длится съемочный процесс?

- По-разному. Но у меня всегда удобное место, где можно не только посидеть, но и полежать. Я запомнила один день. Тогда я отснялась в маленьком кусочке, потом ушла к себе в комнату. Затем был обед, потом еще шли приготовления. Оказывается, съемочная группа ждали ночи, наступления темноты.

- А можете описать свою комнату?

- Могу сказать, что сидишь и лежишь в красоте. Утром приезжаешь –кормят кашей, чувствуешь ароматный запах кофе, пьешь чай или воду с лимоном. Тут мы сразу же забываем, что надо худеть. Да здравствует красота и хорошее настроение! Поэтому сколько бы ни длились съемки, все вокруг делалось для тебя. И это очень хорошо.

- А кто из съемочной группы открылся для вас с неожиданной стороны?

- Сложно ответить на этот вопрос.

- Может быть, Александр Робак или Егор Бероев?

- Сашенька, конечно. Он прекрасный. Но это не неожиданно. Когда я приезжаю и если я даже не занята в съемках, то с удовольствием сижу и смотрю, как работают ребята. Великие актеры. Ждем сериал с нетерпением и опаской. Как я уже говорила, кино – это миг… О сериале больше скажет зритель.

Но я считаю, что и актеры должны больше рассказывать о своей новой работе. Потому что сериалы прячутся иногда среди каналов. И порой мы звоним друг другу и говорим: «А ты знаешь, что идет наш фильм?» «Да, ааа…» Поэтому уточнять время, конечно, очень важно.

На канале «Звездная пыль» не щадят селебрити. Собирают все самое интересное о тех, кто на слуху.

«Единственный разврат, который всегда со мной»

- Вам уже 84 года. Не возникало ли мысли больше отдыхать и меньше заниматься кино, а то и вообще его бросить?

- Да вы что…! Даже думать об этом нечего. Я перед этим сказала, что моя коробочка наполняется ролями, и поэтому я тороплюсь жить. Мне ничего бросать не хочется. Театр и кино – это моя жизнь.

Меня привозят и увозят на съемочную площадку. Но я актерский ребенок и поэтому привыкла к любым условиям. Не хочу оставаться только барыней. Однако я не считаю, что художник должен быть голодным. Наоборот, актера следует окружить заботой, тогда и можно с него больше требовать.

- А есть ли у вас какой-то свой райдер?

- Нет, нет, нет. У меня нет никаких условий, потому что я понимаю: кино есть кино. И обстоятельства могут складываться по-разному. Для меня важно только одно: машина от дома до съемочной площадки.

- Мы знаем, что вы не отказываетесь от курения…

- Единственный разврат, который всегда со мной! И пусть мне никто ничего не говорит по этому поводу. Если я куда-то выезжаю, на съемки или в гости, то говорю, что курю. Я даже не езжу в санатории или дома отдыха, чтобы не спускаться с десятого этажа для курения.

Недавно я поехала на два съемочных дня в Геленджик. Там меня проводили в номер, где есть все необходимое. Передо мной - балкончик. На балкончике стоит столик, два кресла и посередине стола - пепельница. Я сказала: «Все, я живу. На балконе курят».

К тому же этот балкончик отгорожен и с одной, и с другой стороны. Мне нравилось удобно посидеть, повторить рольку, покурить. И на съемках для меня важно чтобы было куда бросать окурки: в ведро или пепельницу. А бросать курить не собираюсь.

У меня было также с мамой. В 98 лет я ее отучала от курения. А она очень быстро превратилась в овощ и умерла. Маме оставался месяц до «стольника».

- То есть можно сказать, что секрет вашего долголетия – это работоспособность и умение не замечать недуги?

- Да, конечно. Я актерский ребенок, родившийся в войну и ездивший с мамой на чем угодно, когда угодно. Живший в каких-то бараках, питающийся в столовых, потому что и готовить было некогда. В общем, совершенно привыкшая к тяжелому образу жизни.

Поэтому после меня не останется ни золота, ни серебра. Не увлекалась вот этим всем. Только роли и роли!

- Получается, что не разменивались на мещанские вещи?

- Нет, почему же? У меня есть библиотека. Книги всегда со мной.

А поскольку я с тяжелыми сумками ездила на гастроли, я приезжала в какой-то город, быстренько узнавала, где там книжный магазин и осуществляла обмен. Одни книги отдавала, нужные приобретала и опять с тяжелыми сумками ехала обратно.

Лечь спать без книги просто невозможно, причем в любое время. Открыть книгу, настоящую, бумажную, не какую-то электронную, а имеющую свой запах и ауру, и почитать. Почитать на сон грядущий обязательно.

А еще цветы… Поставить на окно цветочки, которые меня ждут, это тоже хорошо.

- Расскажите, пожалуйста, о своей семье.

- Моя дочь живет в Италии. Я живу с внучкой Ольгой, с ее мужем и с собакой Монечкой, которую мы взяли из приюта.

Я не дружу с Интернетом, поэтому всеми делами занимается Ольга. Я мыслю, как барыня, только надавливаю и читаю, что мне нужно, а потом это все записываю в свой блокнотик. Ольга также следит за моей едой. Меня гнобят, держат в черном теле. Безобразие! А так, жизнь все-равно прекрасна и удивительна!

- Вы упомянули, что ваша дочь живет в Италии. А сами хотели бы жить за границей?

- Я люблю заграницу, но она для того, чтобы посмотреть, пожить какое-то время, поездить. А вернуться к своим березам… К своему лесу, который я безумно люблю, грибы собирать.

И потом я здесь не пропаду, даже если со мной что-то случится. Но сейчас народ поплохел, конечно. Мы все стали суше, эгоистичнее, равнодушнее. Для этого масса причин.

Но все-равно найдутся люди, которые меня накормят, напоят, помогут по мере своих сил. А за границей я никому не нужна, кого я там буду искать? И потом даже во времена, когда между странами было все нормально, мои друзья поехали искать сытую жизнь, но я не могу сказать, что они счастливы. Кто-то разочарован, пришлось сменить и работу, и всю жизнь. А кто-то там и умер...

И потом, я вспоминаю свою бабушку, которая была дочерью полковника кадетского корпуса в Москве. Семья жила в Лефортово, а она со своим папой ездила по заграницам. И в своих дневниках бабушка написала: «Я бы хотела умереть хоть в подвале, но в Москве». А это человек, который мог жить за границей. И я думаю также. Я бы хотела остаться в России.

Смотрите также: