Народный артист России Николай Бурляев признается, что не знает страха смерти. Известный актер поверил в вечную жизнь после чуда, которое произошло с ним в 25 лет.
К тому времени он уже успел сняться в фильмах Андрея Тарковского «Иваново детство» и «Андрей Рублев». Но общение с Тарковским не прерывалось. По словам Николая Петровича, благодаря режиссеру он даже начал вести дневник. Артист хотел запечатлеть в памяти встречи с гением, к которым он, несомненно, относил своего наставника. Эти записи потом пригодились ему для съемок фильма об Андрее Тарковском.
Об этом, а также об отношении к фильму о Лермонтове Павла Лунгина с рэпером Хаски в главной роли и творческих планах Николай Бурляев рассказал на встрече с журналистами в «РИА Новости». Разговор, который получился философским, был приурочен к 80-летнему юбилею актера. Он отмечается 3 августа.
Николай Бурляев: «Из-за Тарковского я начал вести дневник»
- Николай Петрович, кого вы считаете героем нашего времени?
- Андрея Тарковского. Я и сам снимал о нем картину. «После фильма я не знаю, что произошло. Я как будто бы побывала в ином мире», - сказала мне девочка с крашеными в ультрафиолет волосами, с татуировкой и так далее. Им не говорят о смерти и бессмертии с экрана, о том, что нет смерти. А фильм и рассказывает об этом. И здесь сошлись наши взгляды с Андреем Арсеньевичем Тарковским. Хотя мы с ним об этом никогда не говорили.
Но я испытал чувство бессмертия в 25 лет, побывав в каких-то пределах и оставив тело. И я увидел зачатки того подлинного мира, куда мы должны попасть. Я проснулся с улыбкой и после этого живу уже 65 лет.
И мне не страшно ездить под бомбы НАТО в Югославию, стоять на мосту с сербами, когда уже объявлена тревога и непонятно, то ли попадут в этот мост, то ли нет. И не страшны БПЛА, которые рвутся перед тобой…
Ну нет смерти! Просто душа плавно переходит вверх! Жизнь вечная. И я уверен и говорю своим детям, а их у меня пятеро, сейчас уже жду девятого внука, что самое главное не то, что ты унесешь в этой жизни (ничего с собой ты не урвешь). Все твои яхты, самолеты, футбольные клубы останутся тут.
Голыми приходим, голыми уходим. Самое главное – успеть подготовить свою душу для перехода в вечность. Здесь ты живешь 80, 90, 100 лет, а там будешь – вечность. И какой ты будешь там – это самое главное.
- Вы много общались с Андреем Тарковским…
- Андрей Арсеньевич был патриотом своей страны, человеком верующим и бесстрашным. Однажды я ему позвонил и спросил: «Я хочу подать заявку на режиссерские курсы. Дашь мне рекомендации?».
Он говорит: «Дам». Я к нему пришел, а Тарковский дает мне лист А 4 с потрясающей рекомендацией. Такое там понаписал… Что с приходом Бурляева в режиссуру наш кинематограф обретет… Невесть что! Я вообще так не думал. Я просто хотел робко прийти в эту профессию.
А Андрей Тарковский говорит мне: «Коля, что ты делаешь? Куда ты идешь? Ты же видишь, что они делают со мной». Он осознанно прошел этот путь.
Андрей Арсеньевич говорил потрясающие вещи. Я из-за него начал вести дневник после «Андрея Рублева», потому что понимал, что гений рядом и все наши встречи записывал. А сейчас мне пригодилось это, когда я делал фильм о Тарковском.
И еще однажды он сказал: «Уровень режиссуры в этом мире настолько низок, что подняться над ним не составит особого труда. А я знаю, кто я такой». То есть он это знал и осознанно прошел свой крестный путь.
Николай Бурляев. Фото: кадр из фильма «Андрей Рублев»
Николай Бурляев: «Сейчас стали издеваться над классиками»
- Что вы думаете о цензуре? Насколько она необходима в наше время?
- Я буду первый, кто будет против этого. Все мои друзья и я грешный, натерпелись. Но в стране должен быть общественный контроль.
Сейчас воспитано поколение, слабо понимающее, что такое Отечество. Это такие потребители, которые думают, как поменьше работать и больше получать, как устроиться в этом капиталистическом мире. Я категорически против капитализма. Но кто меня слушает?
А как должна выглядеть цензура – об этом говорил не я, а Пушкин. Я вам приведу одну цитату, я даже ее выучил, потому что сам был потрясен. Кто-то говорит, что Александр Сергеевич натерпелся от цензуры. Да у него цензором был царь.
Мне бы такого цензора!
Но напомню, что цензура переводится как строгое суждение, взыскательная критика. И государство, думающее, кого оно воспитывает, должно иметь строгое суждение и взыскательную критику.
Так вот что говорил Пушкин: «Всякое христианское государство, под какой бы формой правления оно не существовало, должно иметь цензуру. Разве речь и рукопись не подлежат закону? Нельзя позволять проповедовать на площадях каждому то, что в голову взбредет. И государство вправе остановить раздачу рукописи».
Цензоры имеют право не допускать на экране эту пошлость, вседозволенность и бесовщину, которую пропускают до сих пор. Кто-нибудь смотрит за тем, что происходит в стране?
Должен быть общественный контроль, поэтому я и предложил, и пытался провести закон о создании некоего контролирующего органа из компетентных профессионалов, а не из блогеров.
- Павел Лунгин объявил, что собирается снимать фильм о Лермонтове с рэпером Хаски в главной роли. Как вам как Лермонтоведу, который всю жизнь занимается наследием Михаила Юрьевича, делал о нем картину, такой выбор?
- Сейчас вообще стали издеваться над классиками. Я помню в том же фильме о Бунине вытащили такую подноготную…
Это старый прием. Это еще Америка делала. В фильме о Моцарте вообще какого-то дебила показали, ползающего под столом. А теперь слушайте «Сороковую симфонию».
И у нас за это взялись! За Пушкина взялись – подряд отстреляли по нему так, исказив историю, образ пророка России, и там тоже его сделали рэпером.
Но если Паша хочет это делать… Паша, я тебе этого не советую.
Я видел крайний фильм о Лермонтове. Это издевательство над поэтом, просто попытка расписаться в том, что и мы о нем также думаем. Вот такой Лермонтов был неуживчивый, гордый, колкий и неприятный человек.
Ну что вы делаете, братцы? Ну не надо так бить по нашим пророкам!
Николай Бурляев. Фото: Global Look Press
Николай Бурляев: «С тех пор я утратил страх смерти»
- Вы в начале упомянули о чудесах. Часто ли они случались в вашей жизни?
- Я не знаю, что там мне показали. Но мне в один миг показали все, что было, есть и будет! Потом я у Лермонтова читал: «Я чувство правды в сердце человека, святое вечности зерно, пространство без границ в теченье века объемлет в краткий миг оно». Поэт это видел, в краткий миг ему было показано все.
Это первое чудо. С тех пор я утратил страх смерти, его вообще нет. А надо быть готовым…
Как говорил Сергий Радонежский: «Чада, непрестанно поминайте, в трепетный и безвестный час о смерти». И я это называю переходом от рождения в жизнь вечную. Поминайте об этом!
- Вы покинули состав Госдумы. Чем собираетесь заняться?
- Творчеством. Три художественных фильма, один документальный, еще три книги на выходе. Мне этим надо заниматься.
Хотя там есть очень хорошие люди. Но я напишу книгу о культуре и политике к концу года и все честно скажу, что об этом думаю.
- А какой фильм вы хотите снять?
- О Сергии Радонежском. Я начал над ним работать в 1999 году с величайшим оператором планеты Вадимом Юсовым. А кого еще нужно было приглашать на фильм о 14 веке, как не Юсова, который этим занимался с Андреем Тарковским?
Мы с ним год работали. Я отыскал частные деньги, но тогда Минкультуры не дало мне их. Потом окончились деньги, ушел из жизни Юсов, и все пока приторможено. Однако сейчас речь идет о том, что, быть может, фильм поддержит Минкульт.
Это будет наша совместная картина, поскольку Беларусь, а об этом мало кто знает, участвовала в победе на Куликовом поле. Туда привел свою рать по предложению Сергия Радонежского и Дмитрия Донского князь Андрей Ольгердович. И они все вместе одержали победу.
Нет важнее темы для нашего кинематографа сейчас, как президенты России и Беларуси пытаются собрать воедино Святую Русь. И Украина тоже будет Святой Русью обязательно, иначе все жертвы бесполезны.
- Вы полны энергии, выглядите моложе своих лет. Откуда черпаете силы?
- Силы от Господа Бога, от того, что он терпит грешного меня, помогает, я это чувствую. Чудеса все время происходят с «Золотым витязем» (кинофестиваль – прим. ред). Все время нет денег, урезают, 35 лет просто удавка на горле.
Вроде в России живем, делаем такое дело, а финансирование просто грошовое. Сейчас, правда, стали чуть-чуть прибавлять.
Помогает Господь! Просто нужно пытаться жить чисто, думать чисто, поступать чисто. Вот это самое главное и трудное! Все мы грешны!
