Евгений Ткачук: «Хочется ли сына? Конечно, да. Работаем над этим!»

«Коннонический» герой - именно так можно называть Евгения Ткачука: артист буквально одержим идеей лошадиного театра (открыл 10 лет назад конно-драматический театр «ВелесО»), развивает эту тему, посвящает ей душу и время и даже проводит специальные фестивали. А еще он буквально поглощает главные роли - Ткачук уже был и Григорием Мелеховым («Тихий Дон» 12+), и Макбетом (Театр Моссовета), и Гришкой Отрепьевым («Годунов» 16+), и Александром Меншиковым («Государь» 18+), и, конечно, Владимиром Лениным («Хроники русской революции» 18+).

Теперь у артиста еще одна премьера: военная драма «Литвяк», посвященная феноменальной советской летчице-истребителю Лидии Литвяк (Полина Чернышова), где Ткачук исполнил роль Николая Баранова, сослуживца главной героини. В связи с чем «Телепрограмма» обсудила с Евгением новый образ, исторические фильмы, конный театр и любимых дочерей.

«Советские люди - это иной склад ума»

- Евгений, в военной драме «Литвяк» вам выпало сыграть Николая Баранова. Есть сразу несколько советских героев с таким именем. А вы от чего отталкивались?

- Основное движение и развитие при сочинении роли шло через сценарий. Не могу сказать, что было глубокое погружение в жизненные перипетии персонажа. Собрать его как документальную фигуру задачи не было. Гораздо большего внимания требовала характеристика советского человека - вот во что мы старались вкладываться. Мы хотели показать людей, заряженных на победу во что бы то ни стало и в любых условиях.

Людей, веривших, что если не они (спасут мир от фашизма), то больше никто. Эти установки и задавали направленность моей роли. Конечно, советские люди - это иной склад ума, характер. Даже природа веры в возможности человека и страны другая. При этом, конечно, присутствовал и наив, и в то же время несгибаемая уверенность в том, что все получится и победа будет за нами.

- Вообще работа над историческим проектом - это интересно? Сергей Пускепалис говорил, что не понимает, как можно играть людей, которые жили давным-давно: совсем другая философия, речь, даже жестикуляция...

- Бывает невыносимо, это так. Утрачена речь. Мы ведь теперь говорим совсем иначе. И поэтому каждый раз, когда создается исторический проект про то, что происходило сотни лет назад, случается некая стилизация. Да, есть красочные костюмы, но если нет прямых литературных источников того времени, то мы всегда как бы подстраиваемся. А сценарий пишется на современном языке - и иначе быть вряд ли может. Кто это поймет?

Поэтому и говорю: невыносимо. Стараюсь не брать такие проекты, хотя мне предлагали их часто - и князя Игоря сыграть, и викинга какого-то, чего только не было. Но я не иду. Там нет слова, нет текста, который можно попытаться применить к себе, не получится взять фонетику того времени - и на ней выстроить логику мышления персонажа.

- И все же исторических персонажей у вас немало. Давайте оценим «Хроники» в целом: насколько удалось показать баланс равновеликих сил, что столкнулись лоб в лоб, и на чей стороне остался режиссер?

- Если взять первое название сериала «Герои и выродки» и вспомнить сценарий, то можно сделать вывод: с самого начала не было однозначно понятно, кто есть кто в этих двух определениях. Материал был настолько полифоничен, что с обеих противоборствующих сторон встречались и герои, и выродки. В фильме у нас, как мне кажется, это получилось показать: и у белых есть странные люди, и у красных люди, скажем так, с неоднозначной мотивацией и позицией.

Что касается баланса сил, то Андрей Кончаловский нашел даже не позицию, за кого мы и на кого делаем ставку - этот выбор был представлен до нас в других проектах, он создал высказывание о естественном и понятном пути России в начале XX века. И в этом заключен взгляд, который можно сравнить с позицией созерцателя: он не дает оценок, но принимает течение жизни таким, какое раскрывается перед глазами.

- Вопрос от читателей. Насколько необходима была сцена с Лениным на берегу, который работал в сестрорецком шалаше, выходя на берег нагим, чем шокировал плывущих мимо на лодочке сограждан?

- Я пустился в это с удовольствием! А что? В воспоминаниях Владимира Ильича и в книге Льва Данилкина («Пантократор солнечных пылинок») описаны разговоры, размышления по поводу наготы в принципе: что это такое и почему люди в России реагируют на это весьма странно. Есть мысли о том, как Ленин понимает немцев, которые ходят в общие бани - и всегда голыми. Да, для русского человека это нонсенс. Собственно, такую разницу восприятия и ментальностей Ленин и пытался осмыслить. И поэтому в «Хрониках» появилась такая сцена. Вот что мы раскрывали. Не было сверхзадачи показать Ильича без одежды. Мне кажется, достаточно живой и смешной эпизод, который логически вытекает из личности персонажа, его характера и образа жизни.

«Основной вид спорта - работа с конями»

- Если проследить за галереей ваших образов, несложно заметить, что тихих или вялых героев там практически нет. Вы играете наотмашь, навзрыд, на разрыв аорты. Скажите, а тушить в себе это буйство энергии приходится?

- Пока я употреблял алкоголь, тушить приходилось. Однако не получалось. А как только избавил себя от этой муки, все встало на свои места. И с окончанием «жизни на дне» страдания закончились. Все стало проще, понятнее и естественнее. В том числе из ролей стало проще выходить. И в целом жить в трезвости оказалось куда интереснее, хотя раньше я думал, что это и не жизнь вовсе. Выяснилось, что теперь настоящая жизнь только начинается.

- А физкультура - это стиль жизни или рабочая необходимость?

- Тут открою секрет: вообще не занимаюсь в спортзале! (Хохочет.) Хотя может показаться, что наоборот. У меня, признаться, не хватает воли каждое утро заставлять себя этим заниматься, как делал Ленин. Основная физическая нагрузка и вид спорта - работа с конями. Когда время выпадает, могу поиграть в бильярд - люблю погонять шары. Вот и вся моя физкультура. Почему мое тело выглядит так, будто я не выхожу из тренировочного зала? Даже не знаю. Но сетовать на это не буду.

- Вот мы и подобрались к лошадям. В каждом интервью вы с особой любовью отзываетесь о конях, которых пестуете в театре «ВелесО». То у вас конь Медовый симулировал травму и отказался от премьеры, то экстренно пришлось вводить на роль Валдая…

- Вот! А тут, понимаете, Валдай третий спектакль срывает. Выбегает, когда нужно, а на мизансцену не заходит! Я уже начал ругаться с ним. Заменю, говорю, тебя. А он только глазами хлопает - типа «не понимаю».

- В августе вы в который раз проведете фестиваль «Каменный стол». Что готовите на этот раз?

- «Каменный стол» - уникальный проект нашего театра «ВелесО». Иммерсивный трехдневный фестиваль в поселке Севастьяново (Ленинградская область), где главные герои - гости. Суть мероприятия в том, что гости, они же активные участники, начинают раскрывать заданную фестивалем тему через призму прожитой жизни. Каждый фестиваль - новая тема, которую мы исследуем, приглашая и команду театра «ВелесО», и тех, кто мог бы помочь раскрыть заглавную - через науку, музыку, прикладные ремесла. Тема этого года - «Источник»: начало движения, жизни, творчества. Если обобщать, то мы собираемся за «Каменным столом», чтобы обсудить и почувствовать, какой может быть жизнь, где в приоритете не стремление к успеху, а доброта и забота.

- Вот про заботу это вы хорошо сказали. Первая ваша дочь, Катя, появилась на свет в 2009 году, а третья, Глаша, - в 2024-м. Внутренние ощущения от отцовства в разном возрасте различаются? По уровню заботы в том числе.

- Безусловно, различаются. С возрастом возникает другая степень тактильности, ощущения ценности по отношению к маленькому человечку, который является плодом любви. Абсолютно точно могу сказать, что для меня жизнь, в том числе семейная, до момента, когда бросил пить, проходила в странном, полярном состоянии - скажем так, «синих качелей». И в таком состоянии счастье и ценность отцовства, разумеется, во всей полноте и красоте я не мог воспринять. Не был способен понять истинное предназначение всего этого. Но теперь, когда появилась Аглая (вторая дочь от Марты Ткачук - второй жены артиста. - Авт.), возник тот самый момент, когда я решился: созрел бросить все ненужное - и взглянуть на жизнь и детей по-другому, по-новому.

- Дети стали импульсом?

- Да, я захотел подарить вновь появившемуся на свет человечку другого отца. Настоящего. Без измененного сознания. Для этого надо было научиться воспринимать жизнь трезво. И то, что происходит у нас в семье сейчас, радует и двигает вперед. Хотелось бы, чтобы у Аглаи все получалось, - и не только у нее, конечно, но и у каждой из моих дочерей (средняя дочь Ева родилась в 2015 году. - Авт.). Момент проживания родов, и вынашивания Глаши в том числе, был особенным, другим опытом. И это восприятие - через трезвость - дало возможность прочувствовать момент.

- В фильме «Волчок» 16+ ваш герой Волчок воспитывал маленького волчонка, мальчика Ваню. А вам своего волчонка хотелось бы? Три девочки - это круто, но пацан - совсем другое.

- Согласен, девочки - это прекрасно, волшебно. И, конечно, хотелось бы сына тоже. Могу сказать, что мы с женой работаем над этим вопросом (смеется).

«Литвяк» 16+, с 30 апреля на больших экранах