Четырехкомнатное жилье артист арендовал под офис и студию звукозаписи, а не для того, чтобы съехать от супруги Екатерины Мизулиной — это он поспешил уточнить сразу.
Квартира оформлена в стиле лофт. Главный акцент дизайнеры сделали на старинной кирпичной кладке, которую оставили во всех комнатах. Ремонт SHAMAN контролировал лично, вложил в него собственные средства и сам собирал мебель.
Среди предметов интерьера много подарков от знаменитых гостей. В гостиной хранится шашка, которую ему вручил Олег Газманов после совместного выступления. На стенах — картины, одна из которых подарок от Григория Лепса.
Государственные награды, включая удостоверение Заслуженного артиста Российской Федерации, SHAMAN хранит в кабинете на видном месте.
«В сейфе ты не увидишь, а так глаз радуют», — пояснил артист.
В штаб-квартиру певец свез и концертные костюмы, каждый из которых придумывает сам. Знаменитая куртка со светящимся сердцем — его личная идея, сочетающая рок-эстетику и отсылку к славянским доспехам. А вот легендарные кожаные штаны, все двадцать пар, остались в прошлом.
«Все этот образ запомнили, обсудили, осудили, и пора уже что-то новенькое», — рассуждает Дронов.
Новые штаны артист пока держит в секрете и обещает представить в конце осени.
«Я их держу пока в секрете, это мое тайное оружие», — интригует певец.
Попутно исполнитель рассказал и о домашних штанах — далеко не новых и затасканных, которые совсем не нравятся Мизулиной. Но расставаться с ними артист не торопится.
«Если мне штаны какие-то понравятся, я всегда беру в двух экземплярах. Так что я их выброшу, потом такие же точно надену, и Катя скажет: „Это опять они“. А у меня просто были в запасе еще одни», — поделился Ярослав.
Отдельно SHAMAN рассказал о своем здоровье. С детства он страдает хроническими отитами и имеет тугоухость второй степени. После каждого концерта в ушах певца стоит непрерывный звон на протяжении четырех-пяти часов.
«Каждый год делаю аудиометрию, чтобы я там условно в 40 лет со слуховым аппаратом не ходил», — говорит Дронов.
Из-за этого он отказался от внутриканальных мониторов-наушников, которые напрямую воздействуют на барабанную перепонку. Вместо них перед ним на сцене стоят два напольных монитора — в них звучит только его голос. Музыкантов он слышит, по собственному признанию, затылком.
