Отвадила взрослого друга и подарила новую внешность: как Дана Борисова искупила вину перед дочерью

13 июня телеведущая Дана Борисова празднует свое 50-летие. Эта дата — повод оглянуться назад и проследить, какой непростой путь прошли телеведущая и ее единственная дочь: сквозь радости первых мгновений материнства, тяжелые испытания и попытки обрести гармонию. История их отношений — это череда взлетов и падений, где за внешним блеском шоу‑бизнеса скрываются боль, ошибки и медленное, кропотливое движение к взаимопониманию.

Первые чувства и непростые уроки

Жизнь Даны Борисовой никогда не была лишена драматизма. В откровениях, собранных в книге «Жизнь под кайфом», она не стала скрывать горькие детали юности. Ее первый серьезный роман завязался с руководителем из «Армейского магазина» — мужчиной строгим и непоколебимым.

«Я даже делала аборт из‑за него, так как он очень любил свою жену и не мог ее оставить…» — делилась Дана.

Всплеск популярности пришел к ней после третьего сезона «Последнего героя». Образ эффектной блондинки прочно закрепился в медиапространстве: Борисова блистала в программах «Город женщин», «Принцип домино», «Сегодня утром» и «Машина». В ту пору в ее жизни были разные мужчины: мимолетный роман с певцом Данко, а затем встреча с бизнесменом Максимом Аксеновым. Их союз подарил Дане долгожданную дочь Полину, но семейное счастье оказалось хрупким. Расставание повлекло за собой долгие судебные тяжбы за право воспитывать ребенка.

Дальнейшие попытки построить личное счастье тоже не принесли покоя. Союз с Андреем Трощенко распался спустя всего восемь месяцев, а отношения с хоккеистом Александром Морозовым завершились публичным конфликтом. Даже формат романтического шоу «Давай поженимся!» не помог обрести ту самую опору. Казалось, единственной ниточкой, связывающей Дану с ощущением дома, должна была стать Полина, но и здесь судьба готовила новые испытания.

Радость материнства и первые слезы счастья

Беременность Дана воспринимала как настоящее чудо, наполненное предвкушением. Символом этого светлого периода стала покупка новенького «Мерседеса» всего за неделю до родов. Уже через месяц после появления малышки телеведущая планировала вернуться к съемкам, хотя сердце все сильнее привязывалось к крохотному человечку.

«Первое, что я спросила у Максима, который в отличие от меня не испугался взять ее на руки: „Она симпатичная?“ Минут через 15 врач говорит: „Мы ее уносим. Это уже неприлично. Хоть посмотрите на своего ребенка!“ Я говорю: „Давайте!“ Зажмурилась, а когда открыла глаза и увидела, то… заплакала от счастья. Но материнское чувство проснулось не сразу. А вот когда начались бессонные ночи, я поняла, как сильно ее люблю. Дочку называю „моя госпожа“. Этот человечек имеет надо мной полную власть», — с теплотой и искренностью рассказывала ведущая.

Темные полосы и борьба с собой

Возвращение на экраны в 2008‑м потребовало колоссальной отдачи. Особенно изматывающими оказались ночные эфиры: в 2014‑м на шоу «Машина» график был предельно жестким — с полуночи до девяти утра. Чтобы выдержать бешеный ритм, Дана начала прибегать к стимуляторам: сначала это был алкоголь, затем — вещества посильнее. О своей борьбе с зависимостями она расскажет открыто лишь спустя годы, а тогда о проблеме знали лишь самые близкие.

Полина, вспоминая те времена в эфире программы «Выживалити. Наследники» на канале «Пятница!», говорила о том, как менялась ее мама: «До пяти лет я видела ее очень мало. Потом, когда начался период употребления, мы стали видеться чаще, но это уже была другая мама, понимаете? С бутылкой пива или в чьей‑то компании… В нашей квартире были прописаны всякие».

Трудности нарастали. Когда девочке исполнилось около шести, начались проблемы со школой: из‑за состояния Даны Полина пропускала больше половины занятий — мама порой просто не могла встать с постели.

«Когда еще жила бабушка с нами, у меня на глазах происходила такая картина: в младшей школе мне покупали лыжи, так вот бабушка брала их, привязывала к ним какие‑то трубки, пузырьки и делала маме капельницы», — делилась Полина.

Одним из самых тяжелых воспоминаний стал отпуск в Испании: у Даны произошел нервный срыв, и она выгнала дочь из дома. Девочке пришлось искать поддержки у незнакомых русскоязычных туристов. В 2017‑м Максим Аксенов через суд получил право опеки над Полиной. Впрочем, и в его доме детство девочки нельзя было назвать безоблачным: там царили жесткие правила и постоянная критика внешности.

Подростковые кризисы и душевная боль

Когда Полина повзрослела, Дана завершила реабилитацию и смогла вернуть дочь. Однако старые раны не затянулись сами собой. Подростковый возраст принес новые конфликты: вспышки агрессии сменялись глубокой апатией, а душевная боль находила выход в самоповреждениях.

Дана признавалась, что не знала, как помочь дочери справиться с селфхармом. В порыве отчаяния Полина даже инсценировала приступ аппендицита на приеме у школьного психолога — ей хотелось, чтобы ее наконец услышали и помогли. Позже девушке поставили диагнозы: в 2025‑м выявили легкую форму биполярного аффективного расстройства, а в начале 2026‑го — пограничное расстройство личности.

Серьезной проблемой стало отношение Полины к собственной внешности. Глядя на эффектных родителей, она стремилась соответствовать их образу. В 15 лет девушка остро переживала из‑за веса и болезненно реагировала на колкие комментарии интернет‑пользователей после совместных съемок с мамой. Не добавляли уверенности и слова отца.

«Папа мне всегда с детства говорил, что девушки должны быть минимум от 170 ростом, а у меня 160, и это уже ненормально», — с горечью вспоминала Аксенова.

Путь «улучшений» и опасные эксперименты

Неудовлетворенность собой подтолкнула Полину к косметологическим процедурам. Уже в 15 лет с разрешения матери она ввела филлеры в губы. Возможно, Дана хотела загладить чувство вины за непростое детство дочери или просто искала точки соприкосновения с ней. Но на этом эксперименты не закончились.

Одержимость стройностью привела к еще более рискованным решениям. Вместо сбалансированного питания и спорта Борисова предложила использовать препарат для диабетиков как средство для похудения.

«Если честно, я и сама потом пожалела, что сделала ей эти два укола. Себе сделала больше, и у меня начались жуткие побочки. Постоянно тошнило, дважды теряла сознание и даже начала слепнуть. У дочки, к счастью, ничего этого не было, но, когда у меня стали проявляться первые признаки побочек, я очень за нее испугалась», — признавалась телеведущая.

Дальше — больше. В 16 лет Полина сделала «углы Джоли», а затем решилась на ринопластику: горбинка на носу не устраивала ни ее, ни Дану. Восстановление оказалось мучительным — несколько ночей девушка не могла уснуть из‑за боли. В 17 лет последовали липоскульптурирование и коррекция груди, а на 18‑летие мама преподнесла ей подарок в виде комплексной операции по подтяжке тела и уменьшению бюста до третьего размера.

«Мама помешана на пластических операциях, не видит ничего страшного в этом и, наверное, я делала, в какой‑то степени, под ее влиянием», — подвела итог Полина.

Освобождение и новая глава

Многие считали, что Полина слишком торопится не только с внешностью, но и с личной жизнью. Ее избранником стал продюсер Артур Якобсон — мужчина вдвое старше ее. Дана сразу выразила сомнения, полагая, что он ищет лишь медийной выгоды. Отношения быстро приобрели абьюзивный характер: Артур проявлял агрессию по пустякам. Даже услышав прямое признание в отсутствии чувств, Полина долго не решалась разорвать связь — об этом она позже рассказывала своему психиатру.

В начале года девушка все же нашла силы уйти. Она осознала, что партнер использовал ее, а ее собственное желание поскорее вырваться из‑под родительской опеки лишь подпитывало эту зависимость.

После расставания и курса психотерапии отношения с мамой постепенно наладились. Еще осенью Полина высказывала недовольство из‑за того, что Борисова якобы запрещала телеканалам сотрудничать с ней после бытовой ссоры. Сегодня девушка активно участвует в реалити‑шоу и развивает собственный блог. Она не скрывает, что копит деньги на особенный подарок к юбилею мамы — ведь, несмотря на все сложности, Дана заслуживает самого лучшего.