"Оставаться вместе уже было невозможно": Домогаров тронул признанием о бывшей жене, умершей от рака

Александр Домогаров поставил штамп о разводе, но по-настоящему с Ириной расстался только после ее смерти. Их связь он и сейчас называет единственно верной в своей жизни.

Бывшая жена, которая стала больше чем друг

После развода Ирина и Александр сохранили теплые отношения. Актер неоднократно называл бывшую супругу своим ближайшим другом и самым близким человеком. Она была первой, кому он мог набрать, если что-то случилось, и именно к ней он обращался в самые тяжелые моменты.

Сам Домогаров вспоминает, как на него обрушилась слава: популярность, востребованность, бесконечная работа, жизнь за границей, деньги. Вместе с этим вокруг появилось то, что он назвал пеной. Со временем ему даже стало нравиться в ней плавать.

Актер признается, что именно Ирина спасала его, когда вокруг бурлила эта самая пена.

"Кто меня вылавливал из этой пены, в которой я начал захлебываться, закричал SOS, и кто тогда вернул меня на берег? Ира. Кто меня держал за руку, когда меня накрывала депрессия? Ира. Кто мне ночью давал советы и делал расклады моей жизни? Ира", — поделился Домогаров.

По его словам, она была больше чем друг и родной человек.

Почему прежняя семья мешала новым отношениям

Такое тесное общение с экс-супругой имело обратную сторону. Это мешало артисту строить новые отношения. Избранницы Александра просто не могли принять, что Ирина по-прежнему занимает в его жизни столь значимое место и входит в число главных людей.

Он честно признает: все его женщины, которые были рядом, понимали и знали, что есть Ира и есть Саша. Это был его закон. Он отмечает, что прекрасно осознает: мириться с этим очень трудно, у всех есть самолюбие, ощущение и желание быть единственной и любимой. Это ему более чем понятно. Но у него тоже была жизнь, которую он не только не хотел забывать, но и дорожил ею.

Все конфликты на почве его особого отношения к Ирине в конечном счете приводили к разрывам. Сценарий повторялся: непонимание, обиды, фраза, которую он слышал много раз, и очередное расставание.

Домогаров признается, что сколько раз он слышал фразу: "Ну и живи с ними!" Он вспоминает, что это повторялось снова и снова. Каждый раз он пытался терпеливо объяснять, что не может и не хочет никуда ехать и там жить, но без них он и с новой избранницей существовать не сможет. По его словам, скорее всего, именно это и было первопричиной всех разрывов его последующих отношений.

Система ценностей, которую никто не разделил

По признанию актера, найти ту, кто принял бы его позицию, при жизни Ирины ему так и не удалось. Но он констатирует: человек предполагает, а Господь располагает, и получилось так, как сейчас.

Он не спорит с чужим самолюбим, но не отказывается от собственного прошлого. Для него важно было не вычеркивать часть своей жизни, а продолжать дорожить ею. Именно эта внутренняя установка стала той самой гранью, о которую разбивались новые романы.

Почему развод не стал разрывом

Домогаров открыто говорит, что у окружающих часто не укладывается в голове суть их с Ириной взаимоотношений. Он подчеркивает: для него эти отношения ясны и понятны, более того — они для него единственно верные в его жизни.

"Многие не понимают суть наших взаимоотношений. Для меня эти отношения ясны и понятны, более того — они для меня единственно верные в моей жизни. Перестать ночевать в одном помещении и поставить штамп о разводе для меня совершенно не означало разрыва отношений, необщения и жизни без них. Оставаться вместе уже было невозможно, и мы это понимали оба", — признался Александр Домогаров.

Поиск правильного формата общения

Актер рассказывает, что они с Ириной пробовали разные форматы взаимодействия, прежде чем пришли к оптимальному варианту. Он подчеркивает, что не жалеет о разводе, даже несмотря на столь близкий контакт после него. Для него принципиально, что штамп не определяет глубину человеческой связи.

Домогаров отмечает, что многие не понимают, как можно развестись и при этом считать отношения единственно верными. Но для него важно не юридическое определение, а то, что между ними осталось. Он не говорит о сожалениях — только о том, что их формат совместной жизни изменился, тогда как внутренняя близость сохранилась.

По материалам "Караван историй"