Дрожжина пытается лишить дочь Баталова наследства через суд

В январе этого года Гитана Аркадьевна ушла из жизни в возрасте 90 лет, и теперь ее единственная дочь, Мария Баталова, вынуждена защищать свои законные права — и не только в суде, но и от потока новых исков.

Мария, инвалид детства с тяжелой формой ДЦП, живет практически самостоятельной жизнью: физическую поддержку ей оказывают помощники и сиделка, но все важные решения она принимает сама. Летом она вступила в наследство после смерти матери: к уже принадлежавшей ей трети четырехкомнатной квартиры на улице Серафимовича (с видом на Кремль) добавились еще две трети. Но главное — как единственная наследница, Мария получила право взыскать с Михаила Цивина и Натальи Дрожжиной долг в 24 миллиона рублей: именно такую сумму они сняли со счетов Гитаны Аркадьевны.

Эта история тянется не первый год. Еще в 2023 году Михаил Цивин и нотариус Дмитрий Бублий были приговорены к реальным срокам — 5 лет и 4,5 года колонии общего режима соответственно — по делу о мошенничестве с имуществом семьи Баталовых. Наталье Дрожжиной суд назначил 4 года условно. Однако, несмотря на приговор, деньги так и не вернулись к законным владельцам.

Сейчас ситуация обострилась. Как сообщает KP.RU, Наталья Дрожжина оспаривает право Марии на наследство. По словам представителя Марии Баталовой Татьяны Киреенко, иск абсурден — ведь Мария является единственной дочерью Гитаны Аркадьевны, а Дрожжина не приходится ей даже дальней родственницей. Цель иска, считает Киреенко, предельно ясна: так фигуранты дела пытаются уйти от обязанности вернуть 24 миллиона. Один суд по этому вопросу Дрожжина уже проиграла, но поток исков не иссякает — на Марию сейчас подано 5–6 заявлений.

«Мария Баталова имеет право истребовать этот долг, как единственная наследница своей матери. Дрожжина это оспаривает. Один суд она уже проиграла», — отметила Татьяна Киреенко.

Чтобы добиться возврата средств, сторона Марии подала новый иск: о признании квартиры Цивина и Дрожжиной на Кутузовском проспекте, 22 (известной в кругах как «Версаль» из‑за своей кричащей роскоши) совместно нажитым в браке имуществом. В случае успеха квартиру можно будет продать, а вырученные деньги направить на погашение долга.

Напряженность добавляет и тот факт, что 10 ноября нотариус Бублий и Цивин планируют вновь просить об условно‑досрочном освобождении. Мария выступает против: деньги до сих пор не возвращены, а значит, говорить о раскаянии и исправлении рано.

При этом на свободе остается только Дрожжина — и именно она активнее всех ведет судебную кампанию. Примечательно, что на услуги адвокатов у нее средства находятся, а вот вернуть похищенное она готова лишь небольшими частями с пенсии, ссылаясь на статус пенсионера и инвалида. Хотя еще недавно Цивин и Дрожжина позиционировали себя как вполне обеспеченных людей — и даже предлагали взять Марию под опеку.

Несмотря на давление и постоянные юридические атаки, настроение у Марии Баталовой боевое. Она не позволяет обстоятельствам лишить ее права на самостоятельность: осваивает новые технические устройства, которые помогают ей лучше коммуницировать (из‑за ДЦП Мария почти не говорит), продолжает писать книги и работать. Для нее эта борьба — не просто про деньги и недвижимость, а про справедливость и право распоряжаться своей жизнью без чужого произвола.